часть вторая
Рано утром 7 сентября мы приземлились в аэропорту Гонгар, который расположен на высоте 4200м. над уровнем моря. Отсюда наш путь лежал в Лхасу, правда с заездом в Цеданг. Высота приличная, ничего не скажешь, отдышка ощущается даже если согнулся и выпрямился, чтобы завязать шнурок, или начал двигаться чуть быстрее чем обычнее. Но мы не унывали и подбадривали себя воспоминаниями о коке, которая здорово выручала нас в высокогорьях Перу и Боливии. Тут начали подвозить багаж на тележках, и нам самим пришлось все это разгружать в поисках своих рюкзаков. Мы двигались так, как будто перед этим целый день разгружали вагоны с углем.
Пошатываясь и дыша как ломовые лошади мы наконец вышли из аэ-ропорта. Нас встретили водитель, не помню как его звали, и проводник Таши. Они тут же повязали нам на шеи белые шелковые шарфы "ката" - в знак гостеприимства, покидали наши вещи в Land Cruiser, и мы помчались по пыльным дорогам самого высокого плато в мире. Замечу, что асфальтированные дороги здесь заканчиваются как только выезжаешь из города, метров через 100, а некоторые населенные пункты, по которым нам пришлось ехать в дальнейшем, вообще никогда не видели асфальта.
Наличие террас и в Андах и в Гималаях, конечно же не говорит о родстве двух цивилизаций, во всяком случае не является надежным фактом в пользу общности культур. (Если только технология изготовления и обслуживания подобных сооружений не является сходной, не используется общие принципы архитектуры.) К сожалению нам не удалось с близкого расстояния рассмотреть гималайские террасы, посмотреть как они устроены. Поскольку наиболее удобной формой размещения сельскохозяйственных культур в горных условиях, где практически нет ровных участков, являются искусственные террасы, я не стал придавать значение наличию подобных сооружений. Мое внимание привлекло другое. Сначала я не понимал почему, но мне казалось, что что-то в форме тибетских зданий было знакомо. Где-то я уже видел эти окна и чуть наклоненные внутрь стены построек.
Алекс обратил мое внимание на то, что местные жители очень похожи на перуанских индейцев не только красными обветренными лицами, но и одеждой. А я понял, что привлекло мое внимание во внешнем виде тибетских зданий - это трапеция. Так же как в Перу и Египте стены построек имеют наклон. Оконные и дверные проемы прямоугольной формы, но окантовка их черной краской доводит прямоугольник до трапеции. Почему такая форма наблюдается и в Перу и здесь? Может быть это отголоски каких-то общих традиций или чисто внешнее сходство. Если бы только это, я бы подумал, что последнее предположение вернее, но на протяжении поездки по Тибету, я встречал еще более необычные сходства, о которых речь пойдет далее. А пока я стоял на узкой каменной тропе, ведущей к высокой башне монастыря и смотрел вниз на поля, где суетились крошечные человечки. Где-то здесь на землю спустился первый правитель Тибета, потомок богов Ньятри Цзенпо. Он спустился на землю в самом ее центре. Первые девять царей(как первые девять египетских богов) спускались по веревочной лестнице с неба на горы окружающие долину Ярлунг. Точно также как первые инки спустились с небес в районе Куско - пупа Земли. Произошло это где-то в VI в. до н. э., а может и раньше.
Нынешние постройки Янгбулакхана не могут похвастаться такой стариной. Монастырь был сильно разрушен во время захвата Тибета китайцами в 1959 г. и полностью восстановлен уже в 1982 г. Но и ранее замок периодически разрушался и восстанавливался. Некоторые части монастырязамка сохранились с VII в. н.э.
После того как с неба упали, где-то тоже в этих местах, первые буддийские свитки. В Тибете начинает распространятся новая религия, органично сливаясь со старой традицией бон. Именно из этих мест начало распространятся и сельское хозяйство. Подобно первым инкам в Священной долине, потомки богов в долине Ярлунг учили местных жителей пахать землю.
Другая легенда рассказывает, что Ньятри появился из Индии, спасаясь после поражения в войнах Махабхараты. Крестьяне увидели человека, спускающегося с гор и подумали, что он прибыл с небес. Они дали ему прозвище "Цзенпо", что означает "Могущественный". Ньятри начал царствовать приблизительно через 400 лет после рождения Будды (127 г. до н.э.) .
Здесь же в долине Ярлунг, как утверждает тибетская мифология, произошли сами тибетцы от союза Авалокитешвары, принявшего облик обезьяны, и богини Тары в обличии великанши. Существует несколько версий легенды о происхождении тибетцев. Но прежде всего , наверное, следует пояснить кто же такие Авалокитешвара, Тара и бодхисаттвы. Согласно буддизму человек стремится достичь нирваны, то есть разорвать круг перевоплощений души - круг сансары, стать просветленным и уйти навсегда в мир блаженства. Те, кому рано или поздно это удается так и делают, но есть просветленные, которые остаются в нашем мире страдания и горя, чтобы помочь остальным людям. Эти сподвижники называются бодхисаттвами. Своими деяниями они чем-то напоминают христианских святых. Именно такими бодхисаттвами и являются Авалокитешвара и Тара. Авалокитешвара является эманацией Будды Амитабхи - олицетворения милосердия, сострадания, спасителя всех людей. Он стремится помочь людям освободиться от страданий, он защищает от опасности и призыв к нему (мантра) и есть знаменитая формула "Ом мани падме хум" (Да будет драгоценность в цветке лотоса.). Авалокитешвара является главным на Земле в период между последним Шакьямуни Буддой и грядущим Буддой Майтреей. Тара - тоже бодхисаттва сострадания. Если Авалокитешвара может изображаться как в женской ипостаси, так и мужской, то Тара всегда в одной - женской.
Так вот эти два существа и создали тибетцев, Авалокитешвара выступил в образе царя обезьян, а Тара превратившись в горную дьяволицу соблазнила царя. Который сначала долго не соглашался, но потом все же сдался. Тара родила шесть обезьян. Через несколько поколений они изменились, у них выпала шерсть и отвалились хвосты. Легенды утверждают, что от них произошли шесть родов тибетцев: Сэ, Му, Дон, Тон, Да, Бру. 
Считается, что религия бон - одна из разновидностей шаманизма, которая предшествовала традиции буддизма. На самом деле это не так. Бон - это учение, которое включает в себя и собственно шаманизм и духовные практики наподобие йоги. В боне тоже присутствует стремление к Пробуждению и Освобождению из сансары - круга перевоплощения души. Бон или бонпо это название того, кто следует учению, иногда интерпретируют как "монах" или "священник". Обе религии и буддизм или "Дхарма" (правильнее произносит "дарма", а звуком "х" лишь слегка обозначать придыханием) и бонпо очень похожи друг на друга. Не случайно Далай-лама XIV, относит к тибетской традиции 5 направлений: буддийские Нинма, Кагью, Сакья, Гелук и древнее учение Бонпо. Во многом схожа терминология в буддизме и боне, отличаются имена некоторых Будд, есть некоторые отличия в обрядах. Например, храмы обходятся не по часовой стрелке как в буддизме, а против, одежда не красная как в буддизме, а синяя. Знак свастики. Повидимому, пришел тоже из бон. Интересно то, что бонские монахи проходят обучение в буддийских монастырях традиции Гелук и даже получают ученые степени. В обеих религиях существует практика монастырей, обеты, которые дают монахи почти совпадают, только бонские монахи дают еще обет вегетарианства.
Так называемые "молитвенные флаги" лунта или лунгта тоже наследие древнего учения. Они бывают пяти цветов. Что соответствует пяти элементам: земля, вода, огонь, ветер, пространство. Здесь мне почему-то вспоминается флаг империи инков, который состоял из семи цветов (семь цветов радуги - символа Солнца, главного божества инков ). В 1978 году флаг стал символом города Куско. Однако здесь не обошлось без недоразумений - уж слишком он похож на флаг геев и лесбиянок, придуманный в том же году неким Гилбером Беркером. Хороший символ, но, увы, испорченный дурными ассоциациями подобно свастике, которую использовали фашисты. К стати, откуда индейцы могли знать о семи цветах, составляющих белый свет? По меньшей мере нужно иметь приспособление похожее на призму, которая разлагает свет на семь цветов спектра. Не значит ли это, что инки или их древние предшественники ставили оптические опыты?
Интересно отметить одно из учений бон, которое попало в буддизм - это гадание "мо". Современные монахи делают это с помощью кубиков, но в древности обряд проводили с помощью нитей с узлами, которые чем-то напоминали перуанское кипу. Но самое интересное дальше - в боне применяли, да и применяют сейчас некое приспособление, которое называется "паутина, гармонизирующая пространство". Это конструкция похожая на паутину и сделана из разноцветных нитей. При ее изготовление учитывается дата рождения человека, специально подбирается цвет. Паутина вывешивается снаружи дома. Очень похожа на индейского "ловца снов". Многие, занимающиеся исследованием Тибета называют ее "ловушкой для духов". Эту информацию я нашел в книге Александра Костюшко "В окружении Шамбалы" уже когда вернулся из Тибета и понял, что в Азии следует поискать следы нитей и узлов кипу в религии бон. В китайской традиции тоже известна узелковая письменность А. Маслов ("Утраченная цивилизация) сообщает, что легендарный создатель "И цзина" мудрец Фуси (2825-2737 гг. до н.э.) не только является создателем триграмм "но и целого ряда культурных изобретений: именно он научил людей узелковому письму…" Значит кипу было известно не только в Перу, но и в Азии. Но об этом немного позднее.
На самом деле человечество когда-то пыталось сохранить научные знания времен до катастрофы. На мой взгляд, они использовали две программы сохранения знаний. Может, конечно, и больше, но пока мне удалось идентифицировать две. Какие же это программы? Во-первых, мифология. Она была разработана с таким расчетом, что как правильно заметил Хэнкок, может передавать информацию на любом языке, поскольку сохраняется в устной традиции, и как бы языки не менялись в процессе развития цивилизации, легенды и предания будут передаваться от старшего поколения младшему. Во-вторых, создание тайных обществ "посвященных", которые водрузили на свои плечи тяжелый груз тайных знаний. Они сознательно шли на то, что на протяжении истории будут преследоваться за "ереси": подвергаться пыткам и изгнаниям, сжигаться на кострах, умирать в сражениях, создавать все новые и новые сект, чтобы сохранить знания.
Разные культуры нашей современной цивилизации в той или иной степени сохранили осколки былых знаний. Что-то сохранилось в Египте, что-то в Тибете, Индии, Индокитае, Перу, Мексике и даже в Европе. Папюс делит тайную науку на шесть аспектов: общий оккультизм, алхимия, астрология, магия, психургия, теургия. Они в свою очередь делятся на мелкие дисциплины. К которым у "нормального" человека существуют некоторые предубеждения, из-за действия шарлатанов, как я уже говорил, и по причине ложного, я бы даже сказал примитивного, понимания таких, например, терминов как "алхимия". Читаем в "Словаре иностранных слов" М.,"Русский язык", 1990 г.: "Алхимия (позднелат. Alchemia < ар.) - в средние века - изыскания, ставившие задачей превращение простых металлов в драгоценные (золото и серебро) посредством особого вещества - "философского камня" (на самом деле в природе не существующего); на его поиски и были направлены все усилия алхимиков; в процессе этих поисков были достигнуты практические знания, использованные в последствии химией."
Характерный пример примитивного отношения. Попробуем разобраться, что же такое алхимия. Начнем с названия. Термин происходит из арабского "аль-Хем", что буквально означает Египет. Кем или Хем - древнее самоназвание Египта, означающая "Красная земля". Само название говорит о том, что корни алхимии следует искать в Египте. Алхимические превращения не ограничиваются только трансмутацией металлов и превращением свинца в золото, алхимия изучает универсальные изменения в природе, в том числе и временные. В алхимию органично вплетались такие гностические учения как хилиазм и эсхатология, то есть учение о конце света. Алхимия всегда была связана со временем, его исчислением, началом и возможным концом. Что касается "философского камня", который не только выполнял волшебные превращения, но и исцелял, кормил алчущих и исполнял любые желания, то с уверенностью можно сказать, что символ этот до конца не расшифрован. Алхимики пользовались специальным языком - жаргоном, который не в силах понять непосвященный. Фулканелли называл его "птичьим языком" или "зеленым языком". "Философский камень" алхимиков можно сравнить с Ковчегом Завета, который тоже совершал волшебные действия.
Оказывается и Тибет не "избежал" алхимического опыта. Подобно европейским невеждам алхимикам-самозванцам, они тоже пытались получить драгоценные металлы. Одна из древнейших тантр "Матрикабхеда-тантра" почти целиком посвящена тайнам алхимического мастерства. И на Востоке и на Западе были люди, которые по-разному понимали алхимию - ту часть тайной науки, которая была утеряна когда-то. Мистическое слияние мужского и женского начал и духовное самосовершенствование находит свои корни в тибетских учениях. Лариса Фусу в книге "Индуизм и буддизм" пишет по этому поводу: "Три стадии преобразований, через которые должно пройти вещество - "делание в черном", "делание в белом" и "делание в красном", - в действительности представляют собой три ступени мистического пути самого алхимика. Вначале алхимик должен "умереть" - уйти от мира, растратить все свое состояние, пережить многочисленные лишения и забыть собственное имя. Затем он воскресает и совершенствуется в новом качестве и, наконец, слившись с женской половиной своего "Я", обретает истинное "золото философов", то есть физическое и духовное совершенство."
И Ковчег и алхимия, как часть старых знаний и технологий, пришли из Египта. Тайные братства, ордена и общества хранили эти знания. Тамплиеры, катары, розенкрейцеры, иезуиты и, наконец, масоны донесли до наших дней жалкие остатки былой науки, а может толком ничего и не сохранили из тех истинных знаний, которыми владела та цивилизация, что была до нашей. В понятие "наша цивилизация" я включаю Шумер, Египет, Индийскую цивилизацию и культуры Нового Света - инки, майя и ацтеки. Но дольше всего тайная наука сохранялась в Тибете из-за его удаленности и изолированности от других очагов культуры. В тибетском буддизме существует одно из главных учений, которое называется Калачакра (санскрит. "колесо времени"). По легенде учение было проповедано Буддой царю Шамбалы, а уже оттуда в XI в. проникло в Тибет. Важно то, что основные тайные "внутренние" знания передаются непосредственно от учителя к учителю. То есть говоря европейским языком - "знания передаются внутри ордена", чтобы сохранить их суть без искажений.
Что-то осталось, но многое тоже утеряно, как утеряны методики обучения различным практикам, в том числе мистическим, говорит пример так называемых "дискуссий", которые проводятся среди изучающих философию. Я наблюдал этот процесс в монастыре Сера (Сэра). Монастырь расположен недалеко от Лхасы и в свое время был одним из крупнейших монастырей школы гелугпа ("желтые шапки"). Он был основан в 1419 г. В годы самостоятельного Тибета в Сера работали 5 колледжей, где давались наставления по буддистским предметам, а после китайского вторжения в 1959 их число сократилось до трёх. В колледже Сера Ме преподавались основные принципы Дхармы. В колледже Сера Дже учились странствующие монахи, прибывшие из отдалённых районов Тибета, а в колледже Сера Нгагпа преподавались тантрические науки, в том числе и Калачакра. Н.Х. Ахметшин в соей книге "Тайны и мистификации Тибета" дает такие варианты происхождения названия Сера: "Ш. Норбо полагает, что слово "сэра" имеет два значения: одно из них - "град" (якобы в момент закладки монастыря пошел сильный дождь с градом), другое - "местность", в которой в изобилии растет дикая степная роза". Французские миссионеры Гюк и Габэ в середине XIX в. описывают монастырь как большой город, расположенный амфитеатром. В самой верхней, почти недоступной части монастыря живут схимники. Они отмечали большое количество позолоты на храмах монастыря, поэтому толкуют название от слова "сэр", что означает золото. В главном храме этого монастыря находится знаменитый Дордж (или Торче) - "всеосвещающее орудие". По преданию он прилетел сюда из Индии. Мы к сожалению не увидели этого орудия, я даже не представляют какого он размера, больше или меньше того, что в Храме Обезьян в Катманду. Вот как описывают его миссионеры: "Он чугунный и похож на толкач: середина, за которую держишь его гладка и цилиндрообразна, концы утолщены, овальны и покрыты символическими фигурами. Всякий лама должен иметь такой Торче, только в меньшем виде; он необходим при молитве и торжествах: то он кладется на колени, то вертится в руках, смотря по предписанию церковного устава. Торче в Сэра предмет высоко почитаемый; богомольцы падают ниц перед местом, где он хранится. В новый год Торче с торжеством переносится в Ла-Ссу, где выставляют его для поклонения жителей столицы."
История с Дорджем, на самом деле, очень интересна и непонятна. Сколько их было всего, почему они прилетели именно из Индии и для чего служили? И форму они тоже имеют разную, не говоря уже о размерах. Различие заметно в их конечных частях там может быть четыре сходящихся в одну точку "пластин", а может больше. И форма этих "пластин", точнее сказать сечение различно. Монастырь действительно огромен. Узенькие улочки, проходы, лестницы, тенистые тупички, хорошо построенные и выбеленные домики - все это напоминает старинный среднеземноморский городок. Гораздо позднее на ум пришло сравнение с университетским городком.
Еще одна легенда связана с этим монастырем. Она связана с необычным обрядом похорон. В соответствии с буддийской философией похороны - наилучший случай совершить последний и самый высший акт милосердия. Умерший может своим телом накормить страдающих от голода. Это довольно страшный и неприятный обряд, на который никогда не допускаются посторонние, а тем более иностранцы. Тело умершего человека расчленяют на части и скармливают различным животным. Рассказывают, что иногда даже люди принимают участие в этом "пиршестве". Так ли это на самом деле никто не знает, но обряд существует хотя и в разных вариациях. Около монастыря Сера имеется кладбище на котором есть специальная каменная плита, якобы прилетевшая из Индии. Плита считается священной и именно на ней производится расчленение покойников. Н.Х Ахметшин цитирует С.Ч. Даса, который побывал на кладбище у монастыря Сера в конце XIX в. Видел ли он сам обряд или ему рассказывали о нем неизвестно, но вот что он писал:
"На каждом кладбище имеется большая каменная плита, на которую кладется обнаженное тело покойника лицом вниз. Затем лама, проведя на теле линии, разрубает его на куски, произнося при этом известные молитвы. Первые куски бросаются самому большому ястребу из живущих обыкно-венно на каждом таком кладбище целой стаи (танькар), а остатки - прочим ястребам. Эти ястребы так приучены, что прилетают один за другим по зову жреца. Наконец раздробляется голова мертвеца, а кости в мелко истолчен-ном виде смешиваются с мозгом и также раздаются ястребам. После этого совершаются курения в честь покойника. Для этого бе-рется новый, еще не бывший в употреблении глиняный сосуд; этот сосуд наполняется аргалом (сухой ячий помет), к которому примешивается немно-го ячменной муки и масла; затем вся эта смесь зажигается и ставится в том направлении, куда по предположению удалился дух умершего."[
А вот как Дэвид-Неэль описывает подобные обряды:
"1) тело перевозят на вершину горы; там его расчленяют, четыре конечности отрезают хорошо заточенным ножом; внутренности, сердце, легкие оставляют на земле: они станут пищей птиц, волков и лис;
2) бросают в священную реку; кровь и желчь растворяется в синих водах; рыбы и выдры съедят плоть и жир;
3) сжигают; плоть, кости и кожа превращаются в груду пепла; запахом питаются тиза(полубоги);
4) хоронят в земле; плоть, кости и кожа поглощаются червями."
Так что любой способ хорош, тела человека не остается на этой земле, и всякая связь между умершим и живущими не приветствуется. А что касается той плиты, что у монастыря Сера, говорят, что если полежать на ней некоторое время, то это способствует долголетию. Существует в Тибете и такой обряд, как мумифицирование. Его используют для тел особо высоких сановников. Как в Перу мумифицировали правителей, а в Египте фараонов, так и в Тибете этот обряд совершали только в самых важных случаях. Конечно же везде это делали по-разному. В Тибете тело умершего сначала долго выдерживали в соли, а потом проваривали в масле. Потом мумию (мардонг) заворачивали в ткани, разрисовывали лицо золотом и помещали в мавзолей из серебра или золота. Все украшали драгоценными камнями и иногда на уровне лица вставляли стекло. Такие захоронения и сейчас можно увидеть в монастырях.
Но были, да и сейчас есть другие способы, достаточно вспомнить совсем недавний случай с хамбо ламой Итигиловым у нас в Бурятии. В декабре 2004 года о нем писали многие газеты и сообщали телевизионные агенства. Хамбо лама Даша-Доржо Итигилов был реальным человеком. Он возглавлял буддистскую церковь России с 1911 по 1917 год. - Известно, что Итигилов был близок к царствующему семейству Романовых и лично знаком с императором Николаем II-м. В 1913 году он присутствовал на праздновании 300-летия Дома Романовых в Петербурге и открывал при этом буддистский храм, который сохранился в Петербурге до сих пор. Тогда же он был награжден орденом Святого Станислава III-ей степени. В 1927 году он объяснил своей пастве, что собирается умирать. Он медитировал несколько дней и вскоре умер, завещав похоронить себя, а по прошествии тридцати лет вскрыть могилу и показать свое тело верующим. Итигилова поместили в деревянный ящик-бумхан и засыпали поваренной солью. Погребение прошло без лишних свидетелей.
В 1955 году монахи вскрыли могилу. Итигилов остался нетленным. Завещание учителя до конца так и не выполнили - время было такое, что ажиотаж вокруг святого мог бы вызвать соответствующую реакцию властей. Его снова закопали на глубину полутора метров. Потом его вновь раскопали, уже 2002 г. и были действительно поражены. Обследование нетленного тела учеными-медиками показало, что суставы были гибкими, кожа и мягкие ткани эластичны, сохранились волосы, ресницы, брови, ногтевые пластины - т.е. имелись признаки живого организма. Поза, в которой хамбо-лама сидел в саркофаге, после извлечения из него сохранялась в таком же виде без какой-либо фиксации, а на теле не было обнаружено никаких следов, которые могли бы свидетельствовать о произведенном вскрытии, бальзамировании или консервации. [(АиФ, №14, 2002)]
Здесь невольно вспоминаешь о находящихся в состоянии сомати жителей прошлых цивилизаций, о которых пишет в своих книгах Э. Мулдашев. Может быть попытки сохранить тело с помощью бальзамирования - выполнение до конца так и не познанного или забытого ритуала. Закрытые общности наподобие египетских жрецов или инков и, наконец, тибетских лам, должны были сохранять для будущих поколений в том числе и способы использования анабиоза. А иначе просто и не назовешь это состояние. После разгрома китайскими коммунистами тибетских монастырей знания почти полностью утеряны. Остались только отдельные ритуалы, которые современному человеку кажутся бессмысленными.
Почти все монастыри имеют большие тенистые сады специально для так называемых дискуссий. Есть они и в таком крупном как Сера. Сначала мы долго не могли понять, что происходит, наблюдая за множеством молодых монахов сидящих, стоящих и прыгающих. Проводник Таши шепотом объяснил нам, что здесь идут занятия, что-то вроде самоподготовки или самостоятельных семинарских занятий. Он мог бы сказать об этом в полный голос или даже крикнуть, такой шум стоял кругом. Мы разбрелись по разным углам огромного сада и начали наблюдать процесс обучения.
Молодые монахи совершали странные телодвижения, хлопки ладонями, прыжки, резко выкрикивали слова. Как нам объяснили, они разделяются на пары и по очереди задают вопросы и отвечают на них. Смотрится очень необычно. Галдеж стоит как на рынке. Мне, как бывшему преподавателю было интересно смотреть на весь этот спектакль, как позднее оказалось именно таковым все это действо и являлось. Я нашел описание "дискуссии" у Александры Давид-Неэль в книге "Магия и тайна Тибета" : "Ритуальные жесты, сопровождающие полемику, - неотъемлемая часть дискуссий. Существуют особые способы: располагать определенным образом ожерелье из черепов на руках; хлопать в ладоши и топать ногами, задавая вопросы; другие, предписанные способы - прыгать, давая ответы и отвечая на то или иное возражение. Все это, несмотря на то что слова, которые обмениваются спорящие, обычно представляют собой заученные цитаты и делают честь лишь памяти оппонентов, - иллюзия горячих дебатов создается гримасами и вызывающими позами". Не иначе как театром все это не назовешь. Сохранилась по сути только внешняя форма обучения, а важная его составляющая - древнее знание, видимо навсегда утеряно.
Самия один из первых буддийских монастырей в Тибете, и согласно еще одной местной легенде именно здесь упал с неба знаменитый "дордж". Как я уже говорил раньше, индусы называют этот магический предмет "ваджра", что означает алмаз или молния. С помощью этого жезла совершались различные магические ритуалы, может быть даже и создавались рукотворные молнии. Может и есть какое-то зерно истины в утверждении Мулдашева, что тот огромный дордж, что находится в непальском Храме Обезьян, представлял собой какую-то мощную энергетическую машину. Я обратил внимание на то, что непальский дордж не просто прикреплен цепью к пьедесталу, на котором лежит, но и еще с помощью троса, который очень напоминает заземление. В индийской мифологии это палица Индры - громовержца. В буддизме - олицетворяет мужское начало, силу, символ прочности. Так что, как он появился в Тибете никто не знает.
Может быть с помощью подобного жезла Виракоча в перуанском местечке Кача расплавлял камни, чтобы устрашить местных жителей, которые хотели закидать его камнями. В тибетских легендах упоминается сундук (ковчег?) с четырьмя волшебными предметами. Среди них был камень Шинтамани (Чинтамани). Рассказывают, что его привезли на Землю из созвездия Орион в IX в до н. э. Крылатый конь Лунг-та принес шкатулку с четырьмя священными предметами, среди которых был и Шинтамани. Его "внутренний жар оказывает сильное психическое воздействие. Изменением своих качеств Шинтамани может предсказывать будущие события.
Наибольшая часть камня со времени появления его на Земле хранится в Башне Шамбалы, легендарной обители тибетских мудрецов. Но маленькие его кусочки доставляются иногда в определенные пункты земного шара, то ли при наступлении новой эры, то ли когда в данном месте должен возникнуть новый центр цивилизации. Эти кусочки какими-то энергиями связаны с камнем в Башне и могут передавать и получать информацию. В преданиях упоминаются реальные страны и исторические личности, временно владевшие фрагментами камня.
Действия камня или сундука сходны с действиями Ковчега Завета, который иудеи вынесли из Египта. "Жезл Виракочи", "посох Ра" и "дордж" суть орудия, использующие, а точнее сказать использовавшие один и тот же тип энергии. Далай-лама носил титул "Владелец молний", потому что дордж мог метать молнии, или подобные ей энергетические заряды. Этот жезл до сих пор хранится в одном из монастырей, возможно в Сера, но он, увы, "не работает".
На обратном пути мы все же попали под сильный ливень. Он догонял нас по воде, и казалось начнется буря, которая перевернет нашу большую плоскодонную лодку, больше похожую на самоходную баржу, оснащенную дизельным двигателем. Дизель постоянно, будто нарочно, глох. Оставалось меньше ста метров до берега, как нас настиг ливень. Я представил на секунду, что если бы мы плыли на старинной тибетской лодке, сделанной из шкуры яка, то сильный ветер и волна не позволили бы нам достичь брега. Но на берегу нас ждал "Land Cruiser" с натопленной печкой, и мы снова двинулись в путь по ходу избавляясь от мокрой верхней одежды.
За две недели мы объехали множество монастырей, все они непохожи и чем-то похожи друг на друга. Множество паломников, духота, полумрак, тяжелые, окованные железом двери и колонны, как стволы огромных деревьев чьи кроны уходят в небо. Запах масляных лампад, которым пропиталась вся одежда. Пение монахов, стук барабанов и рев труб и постоянное движение в храме по часовой стрелке, между огромными и не очень статуями будд, бодхисаттв, далай лам и скульптурных изображений страшных богов и "защитников". Книги, лежащие словно поленья дров, старинное оружие и одежда, висящие под потолком, тихий шепот толи молитв, толи заклинаний. Везде пожертвования в виде денег разных стран, наклеенные маслом на алтари, стекла стеллажей, за которыми бережно расставлены бесчисленные статуэтки будд. В одних монастырях попадалось много европейских туристов, в других только местные паломники, которые с интересом рассматривали нас будто диковинных пришельцев из другого мира. Может так и было на самом деле.
Продолжение следует.